Выбери любимый жанр
Оценить:

Притворись моей на одну ночь


Оглавление


17

Грустно улыбаясь, Алесандро вспомнил первую брачную ночь. Октавия тогда явно боялась того, что предстоит, но желание преодолеть страхи было так искренне, что невольно вызывало улыбку. Он дразнил ее умелыми ласками шаг за шагом. Медленный танец под эротическую музыку, чтобы привыкла к его прикосновениям. Неспешное раздевание при свете свечи, в котором тело девушки словно светилось изнутри. Она вспыхнула и опустила голову. Сандро уговаривал ее не стесняться, прикасаться к нему, и ее руки запорхали по его телу, словно крылья бабочки. Он вспыхнул первым. Октавия оказалась отзывчивой на ласки, стонала, прижимаясь к его губам, возбуждая еще больше. Оба едва не потеряли контроль над собой. Жар ее тела сводил его с ума. Он тогда прошептал: «Покажи мне, что тебе больше всего нравится». — «Я тебе не скажу». — «Ну же, позволь, я сделаю так, чтобы ты это почувствовала». И он взял в рот ее сосок, отчего она испытала первый оргазм. Алесандро едва не последовал за ней, пришлось собрать волю в кулак, чтобы все не закончилось раньше времени. Дрожа от напряжения, снова принялся ласкать ее. Последовал второй оргазм. Быстро ложась сверху, он прошептал:

— Я сделаю это быстро, больно будет всего лишь мгновение.

Впервые в жизни он не использовал презерватив. Едва он вошел, Октавия напряглась и прошептала: «Стой». Сандро едва не хватил удар, но он заставил себя замереть, закрыв глаза и затаив дыхание. Мир сузился до постели, он лишь чувствовал ее запах, грудь, шелковистую кожу. Наконец ее губы нашли его, и он начал двигаться.

То, что связало их той ночью, невозможно назвать просто сексом. Это было нечто диковинное. Алесандро пообещал, что не будет медлить, но ему так хотелось задержать момент! Желание овладеть ею было так сильно, что он едва мог дышать. Лишь одно прикосновение, всего одно. «Продолжай, не останавливайся, прошу!» — вскрикнула Октавия. Это было музыкой в его ушах и пыткой. Он просунул руку ей под бедро, проникая глубже. Целуя ее, чувствовал ногти, впившиеся ему в грудь, и отчаянные крики восторга. Затем, задрожав, она взорвалась, увлекая его за собой в бездну наслаждения, куда они полетели вдвоем.

Очнувшись, Сандро понял, что находится в кабинете, а за окном льет дождь. Положив ладони на холодное стекло и прижавшись к нему лбом, он вбирал в себя прохладу, стараясь остыть и успокоиться. Секс с Октавией оказался выше всяких похвал, так прекрасно они подходили друг другу. Достаточно было подумать о ней, чтобы возбудиться. Алесандро хотелось лечь с ней рядом и напомнить, какие они прекрасные партнеры. Он пытался собраться с мыслями. Достаточно намека, что он хочет и ждет. Разве это ее не взбодрит?

Раздался жалобный плач, и Алесандро поспешил к сыну, чтобы тот не разбудил Октавию. Отпустив няню, остался с мальчиком наедине, впервые за все время осознавая в полной мере, что стал отцом. Лоренцо, невинная кроха с чистой душой. Прижав малыша к груди, Алесандро подумал, что, производя на свет новую жизнь, абсолютно не задумывался о том, какой трудный путь предстоит его ребенку в этом суровом мире. Занимаясь любовью с женой, не мог предположить, что отныне на нем лежит ответственность в тысячу раз большая, чем прежде, — сопроводить мальчика во взрослую жизнь, позаботиться о воспитании его настоящим мужчиной. Как могла Октавия даже на миг предположить, что он позволит малышу расти без отца?

Подумать только, как в одночасье изменилась жизнь. Кузен предал его, жена хочет уйти с новорожденным сыном. Многое предстоит пересмотреть, но он не намерен идти по этой дороге один. Октавия непременно будет рядом, иначе и быть не может.

Проснувшись, Октавия отправилась к сыну, но не нашла его в детской. Может быть, его забрала Изабелла? Но дверь в ее спальню была закрыта. Молодая мать бросила нерешительный взгляд на дверь в конце коридора. Там работал муж, когда оставался у матери. Всю неделю он находился в Париже, несмотря на заверения о том, что будет чаще проводить время дома. Шестое чувство подсказало Октавии, что стоит постучать.

— Алесандро.

Он стоял у стола и что-то читал на экране ноутбука. Увидев жену, поднял голову и слегка улыбнулся:

— Ты проснулась.

— А ты приехал.

— Я потеряла Лоренцо. Он голоден?

— Он не говорил.

Передавая ребенка, он притянул жену к себе, быстро поцеловал и закрыл дверь.

— Как ты себя чувствуешь?

— Хорошо. А ты, я так понимаю, решил с малых лет приучать сына к управлению компанией?

— Вот тебе и ответ, почему лучший вариант для него — Неаполь.

Ее взгляд задержался на картине, написанной теткой Алесандро. Пейзаж с веранды Кастелло ди Ферранте на холмы виноградника, окружавшего родовое поместье.

— Это его наследие, — отметил Алесандро, перехватив ее взгляд.

Он прав: как бы ни было неприятно осознавать последствия этой правды, что бы она ни думала относительно собственного будущего, нельзя лишать Лоренцо наследства. Алесандро должен испытывать угрызения совести, так безжалостно манипулируя ею. Однако ни тени сожаления в его взгляде не было.

— Дед частенько говорил, что быть управляющим семейной компанией означает не только вести фирму, но и быть главой семьи. Я думал, что понимаю это, но ошибался. Только теперь, когда рядом со мной мой сын, осознаю, что не только зарабатываю деньги, но и обеспечиваю Лоренцо будущее. Ты ведь не лишишь его этого?

Октавия промолчала и обвела взглядом комнату. Вокруг царил форменный беспорядок. Очевидно, муж устранял последствия увольнения Примо. Ящики были открыты, повсюду валялись бумаги. В кресле управляющего, покосившись, сидел плюшевый медведь Лоренцо, напоминающий крохотного подвыпившего директора.

3

Жанры

Деловая литература

Детективы и Триллеры

Документальная литература

Дом и семья

Драматургия

Искусство, Дизайн

Литература для детей

Любовные романы

Наука, Образование

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия, духовность, эзотерика

Справочная литература

Старинное

Фантастика

Фольклор

Юмор

Техника

Искусство, Искусствоведение, Дизайн