Выбери любимый жанр
Оценить:

Пикник у Висячей скалы


Оглавление


23

Тем временем, как и большинство жителей округи Маседон этим вечером, полковник Фитцхьюберт обсуждал с племянником новый вызов ищейки. Миссис Фитцхьюберт, утомлённая соблюдением строгих правил гостеприимства, удалилась в постель. Неудача с ищейкой сильно разочаровала полковника. Он с самого начала возлагал на неё большие надежды и ощущал почти личное поражение, поскольку задействовать собаку в поисках было его предложением.

— Боже мой, — говорил он племяннику за обеденным столом, — я начинаю думать, что уже слишком поздно для собак или чего-то ещё. Прошла неделя с той субботы, когда девочки пропали. Немного портвейна? Они сейчас, наверное, лежат бездыханные на этой адской скале.

Полковник настолько искренне волновался, что Майк едва не посвятил его в свои планы завтрашней экспедиции к Висячей Скале. Однако, тётя, наверняка, выдвинула бы тысячу возражений. Молча повозившись с грецкими орехами, он спросил можно ли ему взять арабского пони на всю пятницу.

— У Альберта выходной и он предложил мне долгую прогулку по окрестностям.

— Ну конечно. А куда именно вы собираетесь?

Не любящий лгать даже по мелочам, Майк пробормотал что-то о Верблюжьем холме.

— Прекрасно! Кранделл знает эту местность как свои пять пальцев. Он покажет тебе мягкую почву, где можно пойти галопом. Если бы завтра у меня не было собрания в «Клубе любителей роз», я бы возможно к вам присоединился. (Боже храни «Клуб любителей роз»!)

— И не опоздай к ужину, — добавил полковник. — Ты знаешь, как твоей тёте это не нравится.

Майк уж знал, и честно пообещал вернуться в «Лейк Вью» не позже семи.

— К слову, нас с тобой пригласили в субботу к губернатору, — сказал ему дядя, — на обед и партию в теннис.

— На обед и партию в теннис, — повторил племянник, прикидывая про себя, сколько времени они с Альбертом будут добираться до «Поляны для пикников».

— Хочешь персик, мой мальчик? Или что-то из этого жуткого желе? Женщины совсем не умеют справляться с организацией.

Майкла, который в мыслях бродил по Скале под луной, возвращали на землю за освещённый лампой обеденный стол.

— Каждое лето одно и тоже… после вечерники в саду твоей тёти… эта куча остатков — кусочки холодной индейки… желе… которые потом выдают за ужин. Чай с закусками куда более… Теперь, когда мы стали ездить отдыхать в Бомлала, я возьму под свою личную ответственность слуг и…

— Дядюшка, прошу меня извинить, — сказал Майк, поднимаясь. — Думаю, я пойду в постель, не дожидаясь кофе. Мы с Альбертом рано выезжаем.

— Хорошо, мой мальчик, развлекайся. И попроси кухарку, чтобы она что-то приготовила на утро. Нет ничего лучше яичницы с беконом перед хорошей ездой. Доброй ночи!

— Доброй ночи, сэр.

Яичница. Овсянка… Альберт говорил, что на Висячей скале, нет даже питьевой воды.

7

Беспокойная ветренная ночь у горы Маседон сменилась тихим рассветом. Местные жители, ещё спавшие в своих латунных кроватях под шелковыми покрывалами, начинали просыпаться от звона заросших папоротником ручьёв и аромата поздноцветущих петуний. Лилии на озере полковника едва начали раскрываться, когда Майк вышел из застеклённой двери своей комнаты и пересёк мокрую от росы лужайку для крокета, где завтракал тётушкин павлин. Впервые после событий прошлой субботы, ему было почти легко на душе. В этом прекрасно устроенном мире Висячая скала и всё зловещее связанное с ней казалось дурным сном, — кошмаром, который можно рассеять.

На каштановой аллее проснулись и запели птицы. Со двора доносилось кудахтанье кур. С настойчивым весельем лаял щенок, призывая всех приветствовать новый день. Из кухни Фитцхьюбертов поднимался тонкий виток дыма — это слуга уже начал разводить огонь.

Майкл внезапно вспомнил, что не позавтракал и понадеялся, что Альберт прихватит что-то для ланча. Когда он пришел в конюшню, кучер затягивал подпругу белому арабскому пони.

— Доброе утро, — сказал Майкл с приятным британским выговором: приветствие, присущее англичанам высшего класса обращённое к кому бы то ни было до 9 утра от Бонд-стрит до Нила.

Ответ Альберта также носил особенности его класса и страны.

— И тебе, дружище! Надеюсь, ты перехватил чайку перед дорогой?

— Не важно, — ответил Майкл, чьи знания о приготовлении чая ограничивались спиртовой лампой и серебряным ситечком дома в Кембридже. — Я взял флягу бренди и спички. Видишь, мне уже кое-что известно об австралийском лесе. Может что-то ещё?

Альберт покровительственно усмехнулся.

— Ну, не помешает еда, казанок, пара кружек и складной нож. Ещё пара чистых тряпок и немного йода. Неизвестно что там можно встретить… Боже… Не будь таким чертовски расстроенным, это была твоя мысль… И два вороха соломы. Можешь привязать вот этот к своему седлу. Хэй, Лансер. По утрам ты чересчур резвый, да, мальчик? Порядок? Можем ехать.

На крутой коричневой дороге рядом с «Лейк Вью» было несколько других оживлённых домов: из труб поднимался дым — готовили воду для умываний и утреннего чая. Фитцхьюберты и их друзья представляли собой маленькую общину довольных собой, обеспеченных людей: целая россыпь докторов с Коллинз-стрит, два верховных судьи, англиканский епископ, несколько адвокатов, с играющими в теннис сыновьями и дочерьми, и получающими наслаждение от хорошей кухни, хороших лошадей и хорошего вина. Приятные приличные люди, для которых текущая англо-бурская война была самым ужасным событием со времён Всемирного потопа, а приближающийся юбилей королевы Виктории — отличным случаем отпраздновать его шампанским и фейерверками у себя на лужайке.

23

Жанры

Деловая литература

Детективы и Триллеры

Документальная литература

Дом и семья

Драматургия

Искусство, Дизайн

Литература для детей

Любовные романы

Наука, Образование

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия, духовность, эзотерика

Справочная литература

Старинное

Фантастика

Фольклор

Юмор

Техника

Искусство, Искусствоведение, Дизайн